Франкенштейн из цифрового ада. Часть 2.

Предыдущая, часть 1<<<

Часть 2. Препарирование

…«Был бы скелет, а мясо нарастёт»…

Глава 6. Чемоданные истории

Знаете, в чём разница между ATX и EЕ-ATX?
ATX — это стандарт. EЕ-ATX — это издевательство, придуманное серверными инженерами, когда они нюхали клей и думали, что 300 миллиметров — это мало, надо больше.
EЕ-ATX — 347 на 330 миллиметров.
Это не материнская плата. Это взлётно-посадочная полоса. Это гроб для близнецов.
Корпус ExeGate честно написано: Support ATX, Micro-ATX, Mini-ITX. Всё честно. Китайцы врать не умеют. У них иероглифы, там не соврёшь. Просто они не знали, что в мире существует формат, который вымер ещё до того, как нынешние школьники научились читать.
И вот этот мамонт, этот ископаемый реликт, этот кусок текстолита с динозавровыми размерами лежит у меня на столе и требует, чтобы я нашёл ему дом.
Я смотрю на корпус.
Корпус смотрит на меня.
Плата шире. На 4 сантиметра шире.
Четыре сантиметра.
Это расстояние между «влезет» и «пили, рукожоп».
 
Вскрытие показало
Первое, что пришлось сделать — вытащить блок питания.
БП занимает место, где должна лежать плата. Родное гнездо. Отеческое. Но мать дороже.
Я выкручиваю три винта. БП выезжает наружу. Теперь он будет жить в коробке. Временно. Как беженец. Как переселенец.
Корпус опустел.
Внутри — только металл, дыры и надежда.
И отверстия под стойки.
Производитель сделал их на все случаи жизни. На любой стандарт. На любую мать. Кроме моей.

Я начинаю примерять.
Прикладываю плату к корпусу. Совмещаю края. Смотрю, куда попадают отверстия.
Совпало 6.
Ровно половина.
Как в жизни. Как в браке. Как в политике.
6 стоек уже есть. 6 надо делать самому.
6 причин выпить.
 
Сверлильный станок имени моих рук
Я беру дрель.
Сверло по металлу — 5 миллиметра.
Размечаю. Перемеряю. Ещё раз перемеряю. Потом третий раз, потому что два раза — для самоуверенных. Потом четвёртый, потому что у меня паранойя.
Сверлить 1 мм стали — это звук. Это визг. Это крик металла, который не хочет принимать чужеродное тело. В этом звуке слышится: «Ты пожалеешь».
Шесть раз.
Шесть дыр в новом корпусе.
Гарантия кончилась ещё до первого включения. Теперь это мой корпус. Навсегда. Как татуировка. Как шрам. Как воспоминание о пьяной ночи.

Клёпки
Резьбовые клёпки.
Это такие штуки, которые вставляются в отверстие и зажимаются специальным инструментом. С обратной стороны образуется бортик, а спереди — резьба под стойку.
У меня есть заклёпочник. Куплен лет пять назад для дела, которое так и не случилось. Лежал в ящике, скучал, ждал своего часа.
Дождался.

Я вставляю первую клёпку.
Заклёпочник щёлкает.
Клёпка села. Намертво. Как приговор.
Вторая.
Третья.
…
Шестая.
Руки болят. В ушах звон. На полу — металлическая стружка, похожая на пепел от сожжённых нервов.
Теперь они есть. Теперь их 12.
Ровно столько, сколько нужно, чтобы плата не прогибалась под весом радиаторов и собственной важности.

Примерка
Опускаю плату.
Она ложится. Идеально.
Отверстия совпадают.
Все 12.
Я — бог сверлильного дела и повелитель клёпок.
 
Кручу винты
По диагонали. Как колёса. Как учили. Как завещали предки, собиравшие первые персоналки в гаражах.
Первый винт — идёт легко.
Второй — с хрустом.
Третий — вообще отказывается. Резьба? Какая резьба? Ты о чём?
Клёпки — М3, компьютерные винты — ХэЗэ
Матерюсь. Сильней давлю. Будет новая резьба.
С хрустом. С кровью. С потом. Но идёт.
Три часа ночи.
Сервер стоит полуголый, с торчащими стойками, без блока питания, с шестью свежими дырами в корпусе и шестью клёпками, которые теперь там навечно.
Я смотрю на него.
Он смотрит на меня.
Мы оба понимаем: обратного пути нет. Развод невозможен. Это брак. До гроба.

Секретный бонус
В мануале про это ни слова. В спецификации на сайте — тоже. Даже продавец не в курсе. Но когда я залез внутрь и начал разглядывать потроха, увидел ЕЁ.
Внутренняя салазка под 2.5-дюймовый диск.
Прикручена прямо к корпусу. Скромно. В углу. Как нелегальный мигрант. Как тайная комната в хрущёвке. Как пятый угол, который никто не ждал, но он есть.
Никаких упоминаний в документации. Никаких намёков. Просто кусок металла с отверстиями, который смотрит на тебя и молчит. Подарок от китайских братьев. Сюрприз.
Можно поставить туда SSD под систему.
Я ставлю диск. Вкручиваю винты. Салазка держит мёртвой хваткой. Как будто всю жизнь только и ждала, чтобы её нагрузили работой.
Документация врёт. Спецификации врут. Продавцы врут.
А салазка — есть.

Итог
Плата лежит в корпусе.
Криво. Но лежит.
Винты закручены. Стойки стоят. Блок питания временно эмигрировал в коробку.
Шесть отверстий.
Шесть ран на теле чемодана.
Шесть клёпок, как шесть гвоздей в крышку гроба.
Каждая будет напоминать мне об этой ночи.
О том, как сверлил металл в 3 час ночи.
О том, как материнский формат старше меня и всё ещё не хочет умирать.
Я вытираю пот. На руках — металлическая пыль. В ушах — звон от дрели. В голове — мысль: «А ведь можно было просто купить нормальный корпус под ЕЕ-АТХ».
Но кто же знал.
Кто же знал, что EЕ-ATX — это не просто размер.
Это диагноз.
Это образ жизни.
Это приговор.
 
Хочешь жить — умей сверлить. Остальное — лирика.

Глава 7. Квартирный вопрос в аду

Блок питания лежал в коробке третьи сутки
Эмигрант. Переселенец. Беженец без статуса. Он смотрел на меня своими вентиляционными решётками и молчал. Но в этом молчании читалось: «Долго мне ещё тут куковать?».
Я искал ему место.
Места не было.

Ревизия жилплощади
Открываю корпус. Смотрю. Изучаю. Щупаю.
Плата стоит, сволочь. Радиаторы торчат.
Места нет.
Вообще.
Каждый миллиметр занят. Каждый сантиметр — война. Как в коммуналке. Как в хрущёвке. Как в Москве.
Но есть один вариант!
 
Фронт работ
Передняя часть корпуса.
Там живут три корзины. Вернее, не живут ещё, а просто место занимают. Посадочные места. Корзины горячей замены на 9 дисков.
9 — это много. 9 — это для настоящих дата-центров. Для тех, у кого есть RAID 10 и паранойя. У меня пока ни того ни другого. Только надежда.
Но если убрать одну корзину… Если вынуть три дисковых отсека… Там же место!
Я меряю.
Бинго.

Техническое отступление про архитектурные решения
Инженеры ExeGate, когда проектировали этот корпус, явно предполагали два варианта развития событий:
Вариант А: у вас 9 дисков и блок питания сзади. Всё красиво, всё по фэн-шую.
Вариант Б: вы долбанутый и решили поставить EE-ATX плату, которая не лезет, потому что блок питания мешает. Инженеры ExeGate искренне верили, что таких людей не существует. Что адекватный человек просто купит другой корпус. Они не знали, с кем имеют дело.
Про вариант Б они конечно не думали. Но они оставили возможность. Не специально. Просто так получилось. Как у великих архитекторов.
Бэкплейн крепится на винтах. Четыре винта. Открутил — вынул. Всё.
Теперь там дыра. Пустота. Ниша. Будущее место жительства блока-беженца.
 
Операция «Переселение»
Пытаюсь засунуть блок питания в переднюю часть.
Не лезет.
Провода мешают. Те, которые от блока торчат. Они толще, чем удав, который проглотил слона. Они не хотят гнуться.
Сначала пихаю руками. Потом коленом. Потом весом тела. Потом ногой сверху, стоя на табуретке и матерясь так, что в соседней квартире выучили новые слова. Блок встаёт в нишу. Ему больно. Мне — тоже. Но мы справились. Встаёт как родной. Как будто всегда тут жил. Как будто корзину для дисков специально проектировали под этот блок.

Гениальное инженерное решение
Блок питания должен держаться на чём-то. Иначе он выпадет. Или упадёт. Или просто будет висеть на проводах, как самоубийца на люстре.
Я смотрю по сторонам.
В корпусе есть отверстия. Много отверстий. Китайцы любят отверстия. Они сверлят их везде, даже где не надо.
Изготавливаю две переходные пластины.

Сверло. Дрель. Металлическая пыль. Три часа ночи. Соседи стучат по батарее. Им плевать на мои архитектурные изыски.

Итог
Три дисковых отсека принесены в жертву.
Они могли бы хранить терабайты порно или бэкапы 1С. Но они отдали свои жизни ради великой цели — чтобы блок питания переехал в лучшее будущее.
Баллон краски и всё по красоте.
Блок стоит спереди. Дует свежим воздухом. Ему хорошо. Он не перегревается. Он счастлив.
Провода висят гирляндами. Кабель-менеджмент умер. Его похоронили. На поминках выпили и забыли, зачем он вообще нужен.

Философское отступление
В серверостроении, как в жизни, всегда приходится чем-то жертвовать.
Сегодня я пожертвовал тремя дисковыми отсеками.
Завтра — нервами.
Послезавтра — временем.
Три пустых салазки смотрят на меня с укором.
Я отвожу взгляд.
Простите, парни. Так надо было.
 
Ад переполнен. Мест больше нет.

Глава 8. Симфония ада

В корпусе уже стояли вентиляторы
Четыре штуки. Стандартные. Родные.
1200 RPM.
Тысяча двести оборотов в минуту.
Для справки: это скорость вращения ребёнка на карусели. Это ветерок от крыла бабочки.
Я включил их. Поднёс руку. Воздух двигался. Еле-еле. Как бабушка на прогулке. Как ленивец в час пик. Как мотивация в понедельник утром.
Они, конечно, милые. Но у нас там 230 ватт тепла. Два процессора, которые мечтают расплавить свинец.
Они молчали. Они всегда молчат. Потому что у них нет души.
Есть только 1200 оборотов и наивная вера в лучшее.

Техническое отступление про воздух
Формула охлаждения простая: чем больше ватт, тем больше кубометров воздуха в минуту должно пройти через корпус.
230 ватт тепла требуют серьёзного продува. Серьёзного. Такого, чтобы волосы шевелились, чтобы бумажки слетали со стола, чтобы кошка пряталась под диван.
1200 RPM — это смешно. Это не продув. Это намёк на продув. Это обещание продува. Это «потом как-нибудь само».
Само не будет. В аду само не бывает.
 
Замена
ARCTIC S8038-10K.
Четыре штуки.
Восемьдесят миллиметров. Тридцать восемь миллиметров толщины. Десять тысяч оборотов в минуту.
Десять. Тысяч.
Это не вентиляторы. Это турбины. Это авиационные двигатели в миниатюре. Это устройства, способные поднять в воздух небольшой беспилотник.
В характеристиках написано: «80mm, 10000 RPM, 40.5 dB».
40.5 децибел — это, конечно, смешно. Это в спецификации. В жизни они звучат так, будто у вас под столом завёлся истребитель. Небольшой. Злой. Голодный.

Внешний осмотр
Достаю из коробки.
Они тяжёлые. Не пластиковые погремушки, а серьёзные такие ребята. Лопасти — агрессивные, заточенные под рассечение воздуха.
Провод — четырёхпиновый. Полноценный PWM. С тахометром. С управлением. Чтобы я мог регулировать этот ад, а не просто включать его на полную катушку.

Примерка
Четыре штуки. Четыре посадочных места.
Я беру первый. Ставлю.
И тут приходит оно — осознание.
Блок питания. Он теперь спереди. Помните? Тот самый беженец, который переехал в дисковые отсеки. Он стоит, толстый, наглый, и занимает место.
Ставлю три.
Четвёртый остаётся в коробке. Как запасной. Как надежда. Как память о несбывшихся мечтах о perfect airflow.

Первое включение
Замыкаю контакты.
Вентиляторы дёргаются. Медленно начинают вращаться. 1000 оборотов. 2000. 3000.
Потом я захожу в IPMI и выкручиваю их на 100%.
И-и-и-и-и-и-и-и-и!!!
Звук.
Это не гул. Это не шум. Это вой. Это рёв. Это десять тысяч оборотов, разрывающих воздух на молекулы.
40 децибел, говорите?
Врут.
Там все 60. А может, 70. А может, просто уши кровоточат, и уже не до измерений.
Я сижу и слушаю этот вой. Где-то на грани слышимости, на частоте 10000 RPM.
 
Техническое отступление про PWM
Широтно-импульсная модуляция. Это когда материнка даёт сигнал, и вентилятор крутится быстрее или медленнее.
Очень удобно. Можно настроить так, чтобы при 50 градусах был лёгкий ветерок, а при 80 — ураган.
При 100% сервер взлетает. Буквально. Кажется, что корпус сейчас оторвётся от стола и улетит в сторону ближайшего аэропорта.
 
Итог
Три вентилятора стоят.
Они дуют. Они воют. Они убивают тишину.
Четвёртый лежит в коробке. Как запасной. Как напоминание о том, что жизнь — это череда компромиссов.
Воздух идёт такой силы, что на решётке спереди можно сушить носки. Можно сушить бельё. Можно сушить волосы, если наклонить голову.
230 ватт тепла теперь не страшны.
Страшны только соседи. И жена. И ощущение, что я живу в реактивном самолёте.
 
Оркестр имени Франкенштейна.

Глава 9. Клубок смерти

То, что я называл «сборкой», на самом деле было актом вандализма. Провода торчали во все стороны. Кабели SFF-8087 лежали поверх радиаторов. EPS висели гирляндой. Вентиляторные провода переплелись с SATA-шлейфами в страстном, но беспорядочном танце.
Я смотрел на это безобразие.
Провода нужно уложить так, чтобы они не мешали продуву, не касались радиаторов и вообще вели себя прилично.
Это невозможно.

Техническое отступление про SFF-8087
SFF-8087 — это интерфейс, который придумали люди с очень больными фантазиями.
Один такой кабель заменяет четыре SATA. Теоретически — удобно. Практически — это толстый, пушистый удав, который не гнётся, не хочет гнуться и вообще считает, что гнуться — это ниже его достоинства.
Внутри — восемь проводов. Плюс экранирование. Плюс изоляция. Плюс резинка, которая делает его похожим на чёрную макаронину, перекормленную стероидами.
 
Первая попытка
Беру первый кабель.
Пытаюсь согнуть.
Он не гнётся. Он упирается. Он смотрит на меня с презрением.
Пихаю кабель в свободное пространство между блоком питания и дисковыми отсеками. Он лезет обратно. Пихаю сильнее. Он выпирает сбоку.
Матерюсь.
 
Вторая попытка
Достаю стяжки.
Нейлоновые. Белые. Длиной 200 миллиметров. Тысяча штук в упаковке. Я купил их в надежде, что количество перейдёт в качество.
Стяжки — это наркотик кабель-менеджмента. Сначала ты используешь одну. Потом вторую. Потом десятую. Потом ты уже не можешь остановиться и стягиваешь всё, что движется. И даже то, что не движется.
Начинаю стягивать.
Первый кабель примотан к стенке.
Второй — к первому.
Третий (вентиляторный) — ко второму.
Четвёртый (EPS) — вообще к корпусу, потому что деваться некуда.

Тяжёлая артиллерия
Самоклеящиеся площадки для стяжек.
Гениальное изобретение человечества. Квадратик пластика с клеем на одной стороне и прорезями для стяжки — на другой. Клеишь куда хочешь, продеваешь стяжку, фиксируешь кабель. Красота.
В теории.
На практике ты отклеиваешь защитную плёнку, прижимаешь площадку к стенке корпуса, и… она держится ровно до тех пор, пока ты не дотронешься до кабеля.
Потом она отваливается.
Потому что поверхность — слегка маслянистая. Потому что ты не помыл стенку спиртом перед наклейкой.
Я клею одну. Держится.
Продеваю стяжку. Держится.
Затягиваю кабель. Падает.
Матерюсь.
Китайский клей не держит даже собственную тень.
Клею вторую. Уже мою спиртом. Держится лучше.
Затягиваю кабель. Держится.
Я клею третью. Четвёртую. Пятую.

Эпопея с EPS
Блок питания теперь спереди. EPS-кабели должны дотянуться до материнки.
Этот змей проползает мимо дисковых отсеков, огибает вентиляторы, перешагивает через SFF-8087 и наконец добирается до цели.
Чтобы он не болтался, я приматываю его стяжками к каждому мало-мальски торчащему выступу. Теперь он похож на лиану. На джунгли. На что-то живое и опасное.
 
Итог
Четыре часа.
Четыре часа я укладывал кабели.
Стяжек потрачено — 47 штук. Самоклеящихся площадок — 10. Нервов — все. Времени — немерено.
Кровь — на костяшках. Пот — на лбу. Мат — в воздухе.
Но кабели лежат.
Не как в учебниках по кабель-менеджменту. Но лежат.
Не касаются радиаторов. Не мешают продуву. Не висят над вентиляторами.
Это победа.

Кабель-менеджмент в сервере — как отношения с женщиной.
Сначала кажется: «Да что там сложного? Провода и провода». Потом ты понимаешь, что каждый провод хочет лежать по-своему. Каждый норовит вылезти, куда не надо. Каждый считает себя главным.
Ты пытаешься договориться. Не получается. Ты начинаешь давить. Тоже не помогает. Ты просто берешь стяжки и фиксируешь всё, что видишь.
В итоге работает. Но выглядит — как будто здесь проходил ураган и оставил след.

Кабели уложены. Стяжки затянуты. Кровь вытерта.
47 стяжек. 4 часа. 10 площадок, из которых выжили 3. Как в жизни — выживает не сильнейший, а тот, кто приклеен лучше.
Я закрываю крышку.
Корпус снаружи — строгий, чёрный, красивый. Никто не знает, что внутри — война. Никто не видит этого бардака.
Как у людей.
Снаружи — порядок. Внутри — хаос. И стяжки. Много стяжек.
 
Мат и стяжки. Монстр собран.

Продолжение, Часть 3>>>

Так же читайте наши статьи